Такие форты были построены в 1920х годах на северном берегу Вуокси (р. Вуокса) и Суванто (оз. Суходольское). Форт Кеккиниеми был вооружен 4 орудиями.
Пушка Норденфельдта в музее береговой обороны Финляндии
Форт прикрывали два пулеметных ДОТ фронтального огня. В период боев под Келья 25-27 декабря форт принимал активное участие в отражении атак подразделений 4-й стрелковой дивизии через озеро Суванто. Описание боевых действий в районе форта Кеккиниеми из книги Vinterkrigets Taipale, B. G. Geijer (Тайпале в Зимнюю войну, Б. Г. Гейер):
... 26 декабря форт принимал эффективное участие в отражении попыток противника переправить подкрепления на северный берег озера Суванто. К концу дня 26 декабря форт выпустил 450 снарядов.
Детальное описание боев у Келья на сайте Сами Корхонена на английском здесь. На русском краткое описание боев у Келья здесь.
Вид на поле восточнее деревни Келья (Портовое). У кромки озера - Сказочная роща, упоминающаяся в финских описаниях боя.
В январе на этом участке фронта установилось относительное затишье, новых попыток перейти Суванто по льду крупными силами Красная Армия не предпринимала. Лишь иногда через озеро высылались разведгруппы. В то же время артиллерия Красной Армии начала методическое разрушение финских укреплений на северном берегу, и форт Кеккиниеми стал постоянной целью для обстрелов.
Уже первого января артиллерийский форт подвергся обстрелу. В 11.35 было донесение, что форт обрушился от многочисленных попаданий в одно и то же место, но это оказалось преувеличением. Артиллерийский обстрел продолжался всю ночь с двухчасовыми интервалами. Журнал боевых действий форта велся с 11 января.
Об интенсивности обтсрелов говорит донесение из форта 16 января - в этот день форт и один из пулеметных ДОТов обстреливались с девяти до десяти вечера с частотой примерно десять снарядов в минуту. Форт получал сильные повреждения, но при каждый раз ремонтировался при помощи мешков с песком.
Журнал боевых действий:
15 января 1940 года. 19.20. Снаряды начали падать очень регулярно, примерно 30-40 разрывов в минуту, большинство снарядов шестидюймовые. Два "глухаря" (неразорвавшихся снаряда) вгрызлись в стену рядом с амбразурой первого орудия. Дверь форта опять завалило, но она не повреждена.
20.30. Артналет закончился.
23.10. Начался артналет, который можно назвать почти ураганным. Разрывы считать невозможно. Этот ураганный огонь продолжался до 03.30. Потери: двое убитых, один ранен и один пропал без вести. Орудия каким-то образом все это пережили без повреждений и на этот раз. Ствол орудия Норденфельдта от близкого разрыва восьмидюйиового снаряда засыпало примерно метром песка, но сам ствол остался без повреждений.
16 января 1940 года. Тихо. Мы заделывали крышу мешками с песком и бревнами. 09.05. Опять начался ураганный обстрел. Он длился до 09.25. Повреждений нет.
18 января 1940 года. 11.10 - 11-30. Артналет, шестидюймовые снаряды. 19.30. Мы опробовали несколько пулеметов, которые захватили у русских. Через несколько минут в ответ на это получили 40-50 восьмидюймовых снарядов.
19 января 1940 года. 04.15. Опять рано разбудили: 30-40 снарядов обрушились на нас и на район вокруг нас. В 04.40 обстрел был закончен.
20 января 1940 года. Опять необычно рано разбудили. Получили 20-30 "чемоданов"
21 января 1940 года. 10.10 Достаточно меткий огонь "чемоданами". Попадания по крыше, по стенам, и больше всего в районе амбразур. Орудия (на начало боевых действий форт был оснащен капонирными орудиями, но очевидно позже одно орудие было заменено на орудие системы Норденфельдта) опять остались неповрежденными, не считая небольших царапин. Наблюдательные щели в бронекуполе опять забило песком. Сектора обстрела с обеих сторон форта сразу после артналета были настолько завалены землей и обломками, что вести огонь по льду Суванто было невозможно. Ствол норденфельдтовки опять засыпало землей, но само орудие осталось неповрежденным. Углы нашего ДОТа опять частично скололо, так что наш форт теперь приобрел более обтекаемый внешний вид.
14.30. Артобстрел закончился. Когда стемнело, мы расчистили сектора обстрела и починили крышу.
22 января 1940 года. 10.20. Опять на нас посыпались бронебойные шестидюймовые снаряды, порядка 200 - 220 штук, из них 20-25 не разорвались. Два раза пришлось менять наблюдателей, так как они получали в лицо песком через наблюдательные щели в бронекуполе. Орудие Норденфельдта опять пришлось откапывать, но оно конечно опять оказалось целым. Артобстрел закончился в 12.15.
14.15. Опять начали сыпать шестидюймовыми снарядами, порядка 30 - 40 штук. Опять пришлось сменить наблюдателя в бронекуполе и откапывать "целое" орудие Норденфельдта из песка. Артобстрел закончился в 14.40.
В 15.05 начался новый обстрел, но на этот раз русские стреляли уже не так метко, как в предыдущие разы.
23 января 1940 года. 12.30 Русским точно подвезли еще снарядов, так как они опять начали сыпать снарядами, шести- и восьмидюймовыми, и стреляли очень метко. Примерно четвертый снаряд попал точно нам по крыше. Освещение от сотрясения погасло. Пара осколков пробило дверь и влетело внутрь, но никого не задело. Опять пришлось сменить пару наблюдателей по той же причине, что и в предыдущие дни. Слой бетона толщиной в примерно 1/2 - 1 метр сколот снарядами с углов и крыши.
26 января 1940 года. 13.00. Опять начался сильный обстрел. Шести- и восьмидюймовые снаряды падали тут и там. По крыше и по стенам попало порядка 20-30 штук. Один шестидюймовый бронебойный снаряд влетел прямо в амбразуру второго орудия, разбил края амбразуры, укрепленные бревнами, и отколол кусок бетона толщиной примерно 70 сантиметров над орудием. После этого снаряд продолжил свой путь через ящик со снарядами для орудия Норденфельдта и влепился прямо в противоположную стену, где он перевернулся и стал на попа под стволом орудия Норденфельдта, при этом не разорвавшись.
27 января 1940 года. 14.15. Опять начали на нас сыпать снарядами. Норденфельдтовку опять засыпало, но верное своей привычке орудие опять уцелело. Один снаряд разорвался совсем рядом с бронекуполом и засыпал его землей.
28 января 1940 года. 23.30. Опять по нам ураганный огонь в течение 45 минут. Снаряды сыпались как град, 30 - 40 штук в минуту. 20 - 25 попаданий по крыше, несколько попаданий прямо перед амбразурами. Орудия остались неповрежденными, если не считать нескольких царапин.
31 января 1940 года. Опять начали садить шестидюймовыми и восьмидюймовыми "чемоданами", и очень метко. Как обычно, опять пришлось сменить пару наблюдателей и откапывать Норденфельдтовку.
Форт располагался на берегу озера Суванто - части речно-озерной системы Вуокси в приходе Саккола, деревня Келья. На мысу Кеккиниеми сразу после гражданской войны построили два бетонных ДОТ фронтального огня, каждый был рассчитан на два пулемета. Между этими двумя пулеметными ДОТ был построен форт на четыре орудия и примерно 30 солдат гарнизона.
Две французские 57 мм пушки типа "Кабонир" стояли в левой части каземата и имели сектор обстрела на юго-восток, на озеро Суванто. Максимальная дальность стрельбы обычным снарядом этих орудий составляла 3-4 км, шрапнелью - 2 - 2.5 км. Две пушки типа Норденфельд стояли в правой части каземата и имели сектор обстрела на северо-запад в направлении деревни Саккола. Стреляли они на примерно три километра.
Помимо двух десятков артиллеристов, в каземате форта проживали два пулеметных взвода и отделение с легким пулеметом. Таким образом, всего гарнизон насчитывал порядка 65 - 70 человек. Артиллеристы форта были родом с Карельского перешейка, а пехотинцы - из Кески-Суоми, из Саариярви.
Командир гарнизона, фенрик Вальтер Тикка, сидит на бронекуполе форта. Источник фотографии - журнал Kansa taisteli, № 5, 1978
Командиром гарнизона в период с 1 декабря по 14 декабря 1939 года и с 1 января по 14 марта 1940 года был фенрик Вальтер Тикка. Во время отпуска Вальтера Тикка, с 15 по 31 декабря 1939 года, командиром форта был фенрик Тойво Ахйопало, автор этих строк.
Жатва смерти у Кеккиниеми
В субботу, 23 декабря 1939 года, артиллерийский обстрел нашего форта, который длился уже неделю, продолжился с обычной силой. Каждый день песок и камни от бетонный стен форта отбрасывало взрывами, и каждую ночь мы снова закапывали стены ДОТ. Воздушные наблюдатели противника, помимо всего прочего, пытались установить, остаемся ли мы вообще на позициях. Мы, защитники форта, старались сделать наше присутствие как можно менее заметным - например, еду мы подвозили не к дверям форта на лошади, а сами носили ее на себе. То есть мы пытались создать у противника впечатление, что форт пуст и нас здесь нет.
Артиллеристы форта и неразорвавшиеся снаряды. Источник фотографии - журнал Kansa taisteli, № 5, 1978
Когда появились все признаки готовящегося наступления противника, я связался с капитаном Мюллером (командиром пехотного батальона, стоявшего в районе нашего форта), объяснил ему ситуацию и попросил подвезти еще снарядов. Он снарядов не обещал и отделался туманными обещаниями.
Адский артобстрел продолжался всю субботу и возобновился в воскресенье 24 декабря. Несмотря на бревенчатые укрепляющие конструкции у амбрузур, кое-кому из нас попало песком в глаза.
Поздно вечером в воскресенье 24 декабря наша разведгруппа сообщила, что лес на противоположном берегу Суванто кишит солдатами противника. Температура упала до - 20 градусов. В понедельник утром, на Рождество, 25 декабря, противник начал наступление из района Хеннонниеми на горящее поместье Кеккила. Часы показывали примерно 5.30 утра, когда дозорный сообщил о начале наступления. В предрассветной темноте было сложно что-либо разглядеть, но было видно, что отряд противника силой порядка 150-200 человек медленно спускается на лед озера.
Когда первые цепи наступающих дошли до середины замерзшего озера Суванто, мы открыли огонь из обоих орудий системы Капонир. Наступающие остановились и залегли на льду. На часах было 7.40. В тот же момент наша пехота открыла огонь с берега. Часть противника, залегшего на льду, попыталась достичь нашего берега при поддержке пулеметов, что им удалось, несмотря на наш плотный огонь. Пехотные позиции в роще Сатуметсико были потеряны, и 8-й роте (роте Мартенси) пришлось отступить на позиции на опушке леса Рунтеенмяки.
Без потерь мы уничтожили четыре пулеметных расчета на льду. Помимо этого, на льду осталось порядка сорока убитых солдат противника.
Когда мы все еще вели огневой бой в направлении Кеккила, мы заметили, что в сторону деревни Келья наступает отряд противника по крайней мере в четыре раза больше, чем предыдущий. К счастью, совместный артналет нашего форта и полевой артиллерии заставил этот отряд остановиться а затем вернуться на свой берег. Солдаты в этом отряде противника были очень хорошо одеты, так как один из солдат, залегших на льду (по идее он должен был там замерзнуть до смерти за час), пролежал на льду до вечера и в сумерках убежал на свою сторону. В бою мы уничтожили два пулеметных расчета и на льду остались убитые.
Во время всего боя артиллерия противника вела огонь по нашему форту, но серьезных повреждений форт не получил. Один раз от близкого разрыва землей засыпало амбразуру, но мы быстро очистили стволы орудий и расчистили сектора обстрела.
Форт в осадеАртиллерийский огонь противника ослаб на мнгновение, но в тот же момент появились три бомбардировщика противника, которые пытались отвлечь наше внимание, пока мы вели интенсивный обстрел пехоты противника, залегшей на льду. Самолеты противника засыпали нас бомбами и пулями. Действительно, чудо из чудес, что у нас не было потерь и повреждений!
На этом все не закончилось. В 13.40 противник снова перешел в наступление от Кеккила.
Мы опасались худшего, так как мы без перерыва на обед, по нашему мнению, уже выполнили свою дневную норму. Солдаты противника шли двумя группами, каждая примерно по роте. Когда этот отряд полностью вошел в наш сектор обстрела и представлял собой прекрасную мишень, мы открыли максимально быстрый огонь из обеих пушек, стреляющих на запад. Мы сильно попортили красоту противника, который наступал сомкнутым строем. Очевидно, противник считал, что наш форт сильно поврежден и непригоден для ведения огня, так как нам, бедолагам, пришлось сидеть под адским артобстрелом целую неделю. Слаженная работа наших расчетов за короткий период нанесла сеьезные потери противнику. Этот отряд очень быстро убрался со льда на свой берег.
Эту попытку наступления мы отбили сами, полевая артиллерия и пехота только наблюдали за быстрым отходом противника.
Про себя мы надеялись, что на этом противник закончит свои попытки овладеть Кеккиниеми. Но мы сильно ошиблись, так как уже на следующий день, то есть 26 декабря, примерно рота пехоты противника перешла в наступление от Хеннонниеми в направлении Кеккила. Опять мы спокойно дождались момента, когда вся рота противника выйдет на лед. После этого мы открыли самый интенсивный огонь из двух орудий, в результате чего атака противника захлебнулась и он был вынужден отступить. В этом бою я своими глазами видел в бинокль, как офицер, шедший сбоку, застрелил из пистолета двух солдат, которые первыми бросились назад. В этом бою мы уничтожили два пулемета, а на льду осталось порядка двадцати убитых.
В любом случае, мы старались не стрелять слишком много, так как не знали, когда нам еще подвезут боеприпасы. Все утро во вторник мы были под исключительно сильным артобстрелом. Хотя снаряды падали на нас полчаса, нам опять повезло. Мы потеряли одного убитым и одного раненым.
Полк атакует
Через два часа после всго этого шума мы заметили, что противник силами до полка начинает наступление в направлении деревни Келья. Пехота противника опять наступала в сомкнутом строю.
От голода мы озверели. На этот раз мы били и не жалели боеприпасов! Орудия, стреляющие на восток, сильно мешали продвижению противника своим огнем. Мы выпустили порядка 450 снарядов, но пехота противника продолжала идти вперед. Мы уничтожили по крайней мере десять пулеметных расчетов, и заставили расчеты трех противотанковых пушек разбежаться. Ездовые покинули поле боя еще раньше. Ночью мы притащили эти противотанковые орудия на нашу сторону озера. На льду осталось порядка 700-800 убитых.
Часть пехоты противника достигла нашего берега и захватила наше пулеметное гнездо. На образовавшемся плацдарме пехота противника установила до пяти пулеметов. Помимо этого, пехота противника опять овладела рощей Сатунметсико, которая была от нас на восток.
Ситуация была крайне опасной. Наш форт был в настоящей осаде, на крыше рвались ручные гранаты. Уже второй день нам не подвозили пищи. Те, у кого были сухари, грызли сухари. Остальные пили воду, растопленную из снега. Снаряды были на исходе, и это нас сильно беспокоило. Я подумал, что через местный пехотный батальон снаряды не получить и надеяться на это не стоит.
В ночь с субботы на воскресенье я наконец получил связь с моим непосредственным командиром, майором Й. Л. Рикама. Он долго удивлялся, что я еще жив. Мне пришлось его перебить, и рассказать о более важном - о том, что у нас кончаются боеприпасы. Рикама пообещал, что его люди на грузовиках соберут все снаряды, подходящие к нашим пушкам, с береговых батарей вокруг Хельсинки, и привезут нам. Он выполнил свое обещание, и уже в ночь с воскресенья на понедельник мы нам подвезли боеприпасы.
На следующий день, в среду 27 декабря на помощь батальону майора Саарелайнена прибыл 6-й отдельный пехотный батальон. После успешно проведенной контрнатаки противник был сброшен с нашего берега и линия Маннергейма опять была полностью в наших руках.
Реакция спасла
Капрал Ахвонен был не таким, как все. У него была снайперская винтовка, которую ему выдали в шюцкоре для упражнений в стрельбе! Каждый день он постреливал из этой винтовки из амбразуры форта по русским, который в открытую ходили по противоположному берегу. И всегда попадал!
В среду, 27 декабря, капрал Ахвонен продемонстрировал все свои боевые таланты. Бой на льду уже закончился. Часть русских вернулась на свой берег, а часть окопалась на нашем берегу, на самой кромке.
Был вечер, начинало темнеть. Я пошел на разведку местности с двумя добровольцами, одним из которых был Ахвонен. Мы хотели посмотреть, что происходит на берегу слева от нас, в напревлении деревни Келья.
Мы спокойно шли по берегу, когда перед нами вдруг оказалась воронка, в которой окапывались шесть русских солдат с пулеметом!
То ли русские замерзли, то ли еще что, но мы втроем оказались быстрее, чем они вшестером! Ахвонен, выскочивший вперед через мнгновение, за пару секунд разделался с тремя русскими: первого он сбил с ног ударом приклада, в тот же самый момент нанес сильный удар в живот второму и заколол штыком третьего. Можно сказать, что Ахвонен работал слева направо, но очень быстро!
Один из русских, скорее всего, офицер, уже направил на автора этих строк наган, но я в последний момент сумел схватить его за запястье, что меня и спасло. Его наган я взял себе на память. Бой был окончен. Истребители противника заметили нас на кромке берега и начали с бреющего полета обстреливать нас из пулеметов. Когда мы бежали в укрытие по открытому месту, один истребитель все время летел за нами. В тот момент я сильно жалел, что не был спринтером!
Однако нам удалось добежать до укрытия, где мы все сказали в один голос: чуть не убил!
Четверг 28 декабря прошел в зачистке местности и наступление противника через лед Суванто было окончательно отбито 29 декабря, в пятницу. Последние дни декабря, суббота и воскресенье, прошли тихо.
Все, что осталось от форта в наше время. Форт выдержал многочисленные обстрелы в 1939-1940 гг, и был окончательно разрушен советскими саперами уже после войны. От взрыва крыша форта просела вниз, фрагменты форта разлетелись на 50 метров.
Восточный сектор обстрела форта. Именно восточнее форта было основное направление наступления 4 сд РККА в декабрьской битве
Вид на противовполжный берег озера Суходольского (Суванто), откуда в наступление пошла 4 сд
Западный сектор обстрела форта
Материал основан на статье "Форт Кеккиниеми в Зимней войне", журнал Kansa taisteli, №4 - 5, 1978. Перевод Баира Иринчеева
© Bair Irincheev 2001 - 2008